Россия теряет реки

По данным Гидрометцентра России: в апреле приток воды в большинство водохранилищ Волжско-Камского каскада ГЭС составлял всего 30–65% от нормы.

В целом во втором квартале приток воды ожидается на 15–40% ниже нормы, при этом приток воды в Иваньковское водохранилище составит всего 45% нормы. В абсолютных величинах суммарный приток воды в водохранилища, расположенные на Волге, в апреле ожидается в пределах 41–61 куб. км (норма — 66,3 куб. км), во втором квартале — 115–143 куб. км (норма — 161 куб. км), в период с апреля по декабрь — 180–218 куб. км (норма — 236 куб. км). Пишет «Московский комсомолец».

На сайте Приволжского УГМС Росгидромета на 29 мая уровень воды в волжских водохранилищах составляет: Куйбышевское — около 52 м, Саратовское — 28–29 м, Волгоградское — всего 15 м по Балтийской системе. Кроме того, на северо-западе, по сводкам Росводресурсов, снизился уровень озер: Ладожское озеро ниже нормы на 76 см, Ильмень — на 42, Псковское — на 30, Чудское — на 27, Онежское — на 14 см.

Что означает обмеление основных водоемов европейской части России?

Страдает рыболовство. По расчетам Росводресурсов, в Рыбинском водохранилище возможна полная потеря нового поколения основных промысловых рыб: при существующем водном режиме уровень воды к началу нереста не достигнет расчетного. Икра просто высохнет на мелководье, так уже было в 2014-м: ущерб от осушения нерестовых площадей из-за маловодья составил 3968,3 т, или 221,5 млн руб. в денежном эквиваленте. А в этом году вода стоит еще ниже.

Маловодье уже испортило начало сезона туркомпаниям, специализирующимся на теплоходных экскурсиях. «В прошлом году были ситуации, когда туристов — участников речных круизов приходилось перевозить по суше, — рассказывает зам. главы Ростуризма Сергей Корнеев. — С одной стороны, наши туркомпании работают профессионально и всегда имеют альтернативу речному маршруту. С другой стороны, любой такой сбой, он, как шлейф, имеет свои последствия, мешает росту внутреннего туризма».

Нынешние майские праздники показали, что тревоги Ростуризма не напрасны: туроператорам приходилось менять маршруты, пересаживать туристов на суда с меньшей осадкой. В первую очередь пересадка на суда с малой осадкой бьет по турам для иностранных туристов: предлагаемые им суда наиболее комфортабельные, четырехпалубные и имеют самую большую осадку.

От изменения маршрутов особенно пострадали города, стоящие на мелководье. К примеру, знаменитый кузнецами Касимов, стоящий на Оке, в этом году рискует вообще остаться без туристов. В таком же положении находятся Углич и Мышкин. А ведь в этих городах туристы и сборы с теплоходов — основной источник дохода.

Грузовая навигация также под угрозой: если баржи со стройматериалами еще можно будет провести буксирами, имеющими малую осадку, то, к примеру, речные нефтеналивные танкеры уже могут оказаться в сложном положении. Уже сейчас идут разговоры о том, что придется сокращать сроки навигации — иначе возможны посадки на мель. А что такое танкер с нефтепродуктами, севший на мель посреди густонаселенного волжского региона, объяснять не надо. Значит, возрастет нагрузка на железную дорогу, вырастет стоимость и сроки транспортировки.

Вообще экологи сегодня обеспокоены больше всех. Они отмечают и замор рыбы на пересыхающих перекатах Волги, и эрозию освободившихся от воды почв (что грозит пылевыми бурями), и понижение уровня обводненности в торфяниках, которых много именно в Мариинской системе (из-за чего в этом году торфяники загорелись раньше обычного), и возможные разливы нефтепродуктов из-за посадок на мель судов.

Опасность торфяных пожаров усугубляется тем, что из-за понижения уровня грунтовых вод мелеют пожарные водоемы — в случае крупного пожара воды для его тушения может просто не хватить. Дефицит питьевой воды ждет всю европейскую часть России, включая Москву. Вода уходит из сельских колодцев, пересыхают родники. В Ярославской области уже приходится в некоторые села завозить цистерны с питьевой водой и раздавать населению. Не исключено, что этим летом во многих регионах, включая Подмосковье, придется ограничивать полив водопроводной водой на приусадебных участках, а то и вовсе запрещать его. Да и контроль за водозабором из собственных скважин чиновники хотят усилить: не секрет, что множество частных скважин пробурено на глубину артезианской воды без всякого разрешения.

Аграрии переживают о судьбе урожая: пока благодаря дождливому маю продуктивной влаги в почве с избытком, но синоптики обещают жаркое и засушливое лето. «Мы зависим от того, каким будет уровень Рыбинского водохранилища, на берегу которого находимся, а каким он будет — это от энергетиков зависит», — беспокоится председатель СПК им. Ленина в деревне Милюшино Геннадий Титов.

В целом великая русская река деградирует из-за хозяйствования человека, отмечает научный руководитель Института консалтинга экологических проектов, академик РАЕН Александр Косариков: «Ритм жизни реки стал зависеть от технического диктата. Инженеры-гидроэнергетики стали решать: сколько воды и в какой период пропускать, отсюда появились разные скорости течения, которые меняются в разное время суток, иногда вода течет вспять. Казалось бы, укрощено весеннее половодье, но появилось зимнее и осеннее, сбивающие биологические часы природы. Иным стал температурный режим воды в реке, ее химический состав».

По словам эксперта, на Волге — десятки городов, а комплексного подхода в водопользовании между ними нет. В России отсутствует такое понятие, как интегрированное управление водными ресурсами. Иначе говоря, водный менеджмент — система, при которой соблюдаются интересы всех водопользователей. «Мы чересчур расточительно относимся к водным ресурсам. Между тем приоритет должен отдаваться использованию воды для питья, а не для выработки электроэнергии», — отмечает Косариков.