Сколько федеральных чиновников нужно Калининградской области?

Сразу стоит признать, что вопрос, вынесенный в заголовок материала, не праздная любопытность автора. Эта мысль давно витает в воздухе. О ней говорят на разных уровнях: где-то шепотом, а кое-где – во весь голос.

Недавно этот вопрос прозвучал из уст председателя Совета Федерации Федерального Собрания РФ Валентины Матвеенко на пленарном заседании, в ходе которого обсуждался трехлетний бюджет страны на 2014-2016 годы. Справедливости ради уточню, речь шла не о Калининградской области в частности, а обо всех российских регионах. Суть сказанного заключается в том, что в регионах «обитает» избыточное количество федеральных чиновников, которые, откровенно говоря, непонятно чем занимаются. И с этим трудно не согласиться.

Также в очередной раз была высказана мысль о передаче части федеральных полномочий региональной власти. Вот это предложение и заставило серьезно задуматься о возможных последствиях. Не станет ли это ещё одной ступенькой для порождения коррупции?

Именно с этого вопроса и начался наш разговор с членом Совета Федерации Федерального Собрания РФ от Калининградской области Николаем Власенко.

- Да куда же дальше порождать?- воскликнул Николай Владимирович.- Уже все пространство занято. Если у нас школы, ВУЗы и медицина – самые коррумпированные учреждения, но о каких новых ступеньках может идти речь? Коррупцию нужно изживать не контролем федеральных чиновников, которые сами в этом месиве погрязли, а персональной ответственностью.

- А разве у наших чиновников нет персональной ответственности перед законом?

- Давайте говорить конкретно. Я сейчас приведу вам два примера. Однажды я встречался с мэром одного города в Швеции. Поинтересовался у чиновника, как он производит закупки? Он мне честно признался, что сначала предлагает контракты предприятиям своего муниципалитета. «Это для того, чтобы деньги в местном бюджете остались»,- пояснил он.- А если те не смогут выполнить заказ, тогда – иногородним.

Я уже собрался спросить у мэра: знает ли он, что такое «откат», но он меня опередил. «Меня выбирал народ на эту должность, значит, жители города мне доверяют,- сказал чиновник.- А если я сворую хоть один цент, меня посадят в тюрьму. Причем, надолго».

Вот вам один пример, где ответственность чиновника перед своими избирателями и перед законом сводит на нет само понятие коррупции.

Теперь давайте из Швеции перенесемся в Калининградскую область. Для примера возьмем красу и гордость янтарного края - Куршскую косу. Кто там главный? Быть может, Министерство природных ресурсов России? Или Руководство Национального парка? А может, Росимущество? Или все же хозяин там глава муниципального образования?

Вот видите, сколько ответственных ведомств, в которых работает огромная армия федеральных чиновников. А теперь вопрос к вам: на Куршской косе продажа земельных участков, получение разрешений на строительство коттеджей происходит без коррупционной составляющей?

- Судя по многочисленным скандалам, связанных с незаконной застройкой, у меня такой уверенности нет.

- А давайте на минуту представим себе такую ситуацию. Нет на Куршской косе федеральных структур, за бумажку которых мог бы спрятаться глава муниципалитета. Он один на один с федеральным законом, нарушение которого тут же повлечет неотвратимое наказание. Вот и решение проблемы.

Мы сами создали питательную среду, в которой, словно бактерии, размножается коррупция. Давайте сделаем проще. Федеральные органы должны вырабатывать политику развития страны в целом и регионов в частности, а региональные чиновники выполнять указания.

- Николай Владимирович, сколько федеральных чиновников сейчас имеется в калининградской области?

- Более 8 тысяч человек. Это не считая сотрудников силовых ведомств. Кстати, полиция, как это принято в европейских странах, также должна, на мой взгляд, подчиняться или мэру, или губернатору. Но при этом руководствоваться федеральными законами.

- Давайте вернемся к началу нашего разговора. Как вы считаете, идея, в очередной раз озвученная Валентиной Матвеенко, будет иметь практическое применение?

- Это, на мой взгляд, один из действенных путей борьбы не только с коррупцией, но и с упорядочением работы федеральных структур. Чтобы претворить это в жизнь, нужна политическая воля руководства страны.